Добавить афоризм и наследить в истории / Вход

АФОРИЗМЫ ПРО РЕЛИГИЮ

Если на Земле постоянный Ад, значит мы - не из той планеты. (Леонид С. Сухоруков)

Ад - гармония разрушения. (Геннадий Малкин)

Находятся дураки, полагающие, что если они не станут есть, спать, любить и радоваться жизни, то угодят высшим силам. (Вера Кашма)

Религия призвана находиться в гармонии с разумом и наукой. (Бахаулла)

Люди ищут пути на небо по той простой причине, что они сбились с дороги на земле. (Георгий Валентинович Плеханов) ПУТЬ

Прежде искали доказательства существования Бога, ныне приходится искать доказательства существования человека. (Казимеж Брандыс)

Отрешенность святого существует внутри реальности. (Габриэль Оноре Марсель)

Когда я делаю добро, я чувствую себя хорошо. Когда я поступаю плохо, я чувствую себя плохо. Вот моя религия. (Авраам Линкольн) ДОБРО ЗЛО

Религия - главная движущая сила развития цивилизации, и именно она является источником того возрождающего воздействия, которое неизбежно приведет человечество к единству. (Бахаулла)

Догма - это попытка создать палку об одном конце. (Данил Рудый)

Когда добрый человек проповедует ложное учение, оно становится истинным. Когда дурной человек проповедует истинное учение, оно становится ложным. (Чанские изречения)

Смысл молитвы - в готовности получить отказ. (Джордж Сантаяна)

Пора заменить новым подходом к истории Иисуса устаревший супранатуральный и естественный способ рассмотрения [...]. Что повествование не может быть историческим, а нечто рассказанное не могло совершаться так, как рассказано, можно будет распознать прежде всего по тому, что: 1. Рассказанное несовместимо с известными и в остальном повсеместно значимыми законами происходящего. К таким законам прежде всего относится то, что в соответствии с правильными философскими понятиями, равно как и всем засвидетельствованным опытом, абсолютная каузальность никогда не вмешивается своими отдельными актами в цепь обусловленных причин, а, напротив, открывается только в произведении всей целокупности конечных причинностей и их взаимодействия. Значит, если какой-нибудь рассказ повествует нам, очевидно утверждая такое или давая нам это понять, о том, что явление или событие вызвано непосредственно самим Богом (явление Бога, голоса с неба) или человеческими индивидами вследствие их наделенности сверхъестественным (чудеса, предсказания), то мы — именно в такой мере — не обязаны признавать за этим исторического рассказа. ...Другой закон, который мы можем наблюдать во всем совершающемся, — это закон последовательности, согласно которому даже в самые бурные эпохи и при самых быстрых изменениях все, однако же, происходит в известном порядке и постепенности, в непрерывном росте и убывании. Если, следовательно, нам говорят о великом индивиде, что уже при своем рождении и в первые годы жизни он вызывал то изумление, что и в зрелые годы, если о сторонниках его рассказывают, что они с первого взгляда узнали в нем того, кем он был, если после его смерти их взлет от глубочайшей подавленности к величайшей восторженности понимается как дело одного-единственного часа, то нам следует более чем усомниться, что перед нами история. Наконец, надлежит учитывать здесь все психологические законы, которые делают невероятным, чтобы человек чувствовал противно всем человеческим или хотя бы своим собственным правилам и обычаям, как когда, например, члены иудейского синедриона будто бы поверили словам стражей, приставленных к гробу Иисусову, что он воскрес, и вместо того, чтобы обвинить их в том, что, уснув, те дали украсть его тело, они будто бы подкупали их распространять именно такой слух. Сюда же относится и то, что, согласно всем законам человеческой памяти, не могли точно удерживаться в памяти и воспроизводиться речи вроде тех, что произносит Иисус в четвертом Евангелии. Впрочем, многое совершается внезапнее, чем того можно было ждать, особенно в гениальных личностях и через их посредство, и как часто люди поступают непоследовательно и бесхарактерно! Поэтому два последних пункта нужно применять с осторожностью и только в соединении с другими критериями мифического. 2. Однако повествование, если оно претендует на значение повествования исторического, не должно находиться в противоречии не только с законами происходящего, но и с самим собой и с другими сообщениями. Самое решительное противоречие — контрадикторное, когда один рассказ сообщает то, что другой отрицает... Простая историческая основа жизни Иисуса, что он вырос в Назарете, был крещен Иоанном, собирал вокруг себя учеников, странствовал, уча, по иудейской земле, всюду противостоял фарисейству и призывал в царство Мессии, но что в конце концов был побежден злобой и завистью партии фарисеев и умер на кресте, — эта простая основа была окружена самыми многообразными и яркими сплетениями благочестивых рефлексий и фантазий, причем все идеи, которые у ранней христианской общины были о своем учителе, отнятом у них, были превращены в факты и вплетены в его жизнеописание. Богатейший материал такого мифического разукрашивания жизни давал Ветхий завет, которым жила эта первая по преимуществу набранная из иудеев христианская община. Иисус как самый великий пророк не мог не соединить и не превзойти в своей жизни и в своих деяниях все то, что делали и переживали прежние пророки, о которых рассказывает Ветхий завет; как обновитель еврейской религии он ни в чем не мог уступать первому законодателю; и, наконец, на нем как Мессии должно было исполниться все мессианское, о чем пророчествовал Ветхий завет, ему не оставалось ничего, как соответствовать схеме Мессии, заранее начертанной иудеями, насколько допускали это изменения такой схемы, произведенные его исторически известными судьбами и речами. В наше время уже не должно быть необходимости в том, чтобы говорить, что не было ни намеренного обмана, ни хитроумного вымысла в этом переносе своих чаяний на историю действительно совершившегося, вообще во всем этом мифическом расписывании жизни Иисуса. Сказания народа или религиозной партии по своим основным подлинным составным частям никогда не бывают делом отдельного человека — они творение всеобщего индивида такого общества, поэтому они и не возникают сознательно и намеренно. Такое незаметное совместное продуцирование возможно благодаря тому, что устное предание становится способом сообщения; ибо если запись останавливает рост сказания или же делает доказуемым участие каждого следующего переписчика в дополнениях, то при устной передаче дело обстоит так, что во вторых устах рассказ выглядит чуть-чуть иначе, чем в первых, в третьих только чуть-чуть добавлено по сравнению со вторыми, и в четвертых нет никаких существенных изменений по сравнению с третьими, и, однако, в третьих и четвертых предмет стал совершенно иным, чем был в первых, хотя ни один рассказчик не предпринимал изменений сознательно, но эти изменения приходятся на всех них вместе и ввиду своей постепенности ускользают от сознания, а что традиции растут, как снежный ком, заметил о евангельской истории уже Лессинг. (Давид Фридрих Штраус)

Был бы омут, а черти найдутся. (Неизвестный автор)

Бог подарил Адаму и Еве блаженство при условии, что они не захотят и не достигнут ни знания, ни власти. (Эмиль Мишель Чоран)

Ад - место, где десять заповедей преследуются по закону. (Генри Луис Менкен)

Молитва - это воздух, о котором мы вспоминаем только в те мгновения, когда становится душно. (Мигель де Унамуно)

Упразднение религии, как иллюзорного счастья народа, есть требование его действительного счастья. Требование отказа от иллюзий о своем положении есть требование отказа от такого положения, которое нуждается в иллюзиях. (Карл Маркс)

Я не намерен портить отношения ни с небесами, ни с адом, - у меня есть друзья и в той, и в другой местности. (Марк Твен (Сэмюэл Ленгхорн Клеменс))

Последняя, блаженная наша улыбка принадлежит Богу. (Виктор Мари Гюго)

А ведь сколько было потопов без Ноя! (Станислав Ежи Лец)

Силой личности называется толщина стены, отделяющая человека от Бога. (Авессалом Подводный)

Ищите Бога в своем собственном сердце, вы не найдете его больше нигде. (Арабское изречение) СЕРДЦЕ

В неведении своем мы подобны детям, которые гордятся умением ходить без посторонней помощи и слишком упоены своими успехами, чтобы почувствовать руку матери на плече. Когда же мы пробуждаемся, мы видим, оглядываясь назад, что Бог всегда вел и поддерживал нас. (Ауробиндо)

Кто знает, может быть, дьявол упорхнул бы от нас, если бы его окрылили? (Станислав Ежи Лец)

Тьмы рабов у тебя, ты несметных богатств обладатель, но не рабской неволей ты столь возвеличен, Создатель! (Абу-ль-Аля аль Маарри)

Видимо после изгнания людей из рая, они пытаются ад выдавать за рай. (Леонид С. Сухоруков)

Истинную цель для человека определяет религия. Однако в вопросе о том, к каким средствам следует прибегнуть для достижения этой цели, есть что сказать и науке. Те, кто желает познать истину во всей полноте, придают науке форму, конструируют её, ставя её в определённые рамки. Однако в основе науки, в её началах опять же в значительной мере присутствует религия. Я не могу себе даже представить какого-либо учёного, лишённого глубокой веры. (Альберт Эйнштейн) НАУКА

Материалистическая концепция мира есть характерным показателем убеждений ученых третьего или четвертого сорта. Тогда, как наиболее одаренные представители науки склонны скорее к идеализму, чем к материализму; они или благоговейно верующие, или, как минимум, почтительно осторожны в своих приговорах относительно религии. (В.Дж.Коллинс)

Рай достается нам с огромной скидкой, сколько бы он нам не стоил. (Американское изречение)

новые
1
2
3
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
старые (19 стр.)